Сказки для олигарха

Елена Боброва, Российская газета, 10.03.2010

Ссылка на источник

Осенью прошлого года вышел фильм «Книга мастеров» — первая попытка наших кинематографистов снять сказку по лекалам студии Диснея. На подходе продюсерский проект Михаила Пореченкова «Сказка-XXI». А Сергей Безруков затеял свой «детский» проект — «Самую реальную сказку». Этот фильм мы увидим скорее всего осенью, но некоторые нюансы будущей картины узнали уже сейчас.

Российская газета: Сергей Витальевич, в связи с вашими героями — Пушкиным, Есениным, генералом Каппелем из «Адмирала» — вы часто говорите о патриотизме…

Сергей Безруков: Знаете, когда выхожу играть спектакль «Хулиган» по Есенину, в конце читаю стихотворение «Русь советская»: «Но и тогда, // Когда во всей планете // Пройдет вражда племен,// Исчезнет ложь и грусть, // Я буду воспевать // Всем существом в поэте // Шестую часть земли //С названьем кратким «Русь», — я даю залу возможность сказать это слово — «Русь». И когда зал в тысячу мест в один голос говорит «Русь!» — мурашки по коже бегут. И это чувства патриотов, а никоим образом не националистов — не надо путать. Не могу понять, почему в нашем обществе это чувство считается излишне пафосным — не принимаю такого цинизма. Я рад, что могу признаться в любви к Родине через свои роли. Все это может показаться громкими словами, но для меня это просто потребность, абсолютно естественное чувство, счастье, в конце концов… Да и что нам остается, кроме любви к Родине? Хотя зачастую Родине это оказывается и не нужно — вспомним генерала Каппеля. Я рад, что наконец прошел сериал «Адмиралъ», в котором есть важные для меня эпизоды. Например, когда Каппель говорит о жертвах атаки: «Я надеюсь (заметьте, он это говорит не с уверенностью, а только с надеждой), что Господь Бог простит нам эти жертвы во имя любви к Родине». И сам Каппель отдал жизнь за Родину, а нужно ли это оказалось ей? И еще, помните, там есть потрясающая сцена, когда всех, и красных, и белых — какая разница, ведь все же православные — кладут в одну могилу…

РГ: Давайте сразу расставим точки над «i», что с фильмом о Высоцком «Черный человек»? Интернет просто разрывается от сообщений о том, что вы будете играть Владимира Семеновича.

Безруков: В Интернете столько неправды, полуправды и даже откровенной лжи, что не всему надо верить. Мне в самом деле год назад предлагали роль, но я отказался. Вообще эту тему я стараюсь не обсуждать и не комментировать.

РГ: А почему вы вдруг решили снимать сказку?

Безруков: Это не совсем сказка в чистом виде. Мы с режиссером не пошли по пути наших коллег, которые снимают фильмы «а-ля рюс» на тему русских народных сказок. У нас получается философская сказка. И более того, наши герои переживают настолько узнаваемые и реальные драматические события, что жанр нашей картины скорее драма, со сказочными элементами. Мне кажется, мы придумали интересную, необычную историю — сказочные персонажи, в которых уже никто не верит, решили перебраться, «иммигрировать» в наш мир. Например, Кощей становится олигархом, Василиса Премудрая — учительницей и так далее.

РГ: И вы, насколько я знаю, — Иван-дурак, который…

Безруков: Давайте не будем пока рассказывать сюжет. Скажу только, что герой интересный.

РГ: Вы ведь и автор сценария?

Безруков: Да, идея фильма изначально была моя, а потом мы с режиссером Андреем Мармонтовым написали вместе сценарий. И получилось, как мне кажется, любопытно. Многим людям я рассказывал сюжет, многие смотрели уже готовый материал, все говорят: «Цепляет». Вроде сказочные персонажи, а за ними — настоящие люди. Кощей у нас говорит: «Я же вас просил, живите как люди». А когда Кощей встречает Бабу-ягу на «чертовом колесе», спрашивает: «Ну что, сестренка, по ступе соскучилась?» А та в ответ: «Нет — по полету». Красиво, да?

И так получилось, что это не соцзаказ, а веление души и сердца — рассказать о наших детях, о том, что происходит в нашем мире, в котором правят деньги.

РГ: Но так было всегда — «люди гибнут за металл…»

Безруков: Да, но в наше время это стало как-то особенно очевидно. Потому и люди стали циничнее. Ты говоришь о том, как любишь мир, окружающих, а циники кивают головой и говорят: «Не верим!» Из-за этого мы стали стесняться проявлять свои эмоции, более того, мы стали стесняться своей порядочности. Люди не верят в чудо, не верят в добро.

РГ: А вы верите в чудо?

Безруков: Да. И, наверное, на этом держится мой оптимизм.

РГ: Но если говорить о деньгах, то, может быть, проблема в том, что мы так долго были лишены комфорта и наша «заточенность» на деньги оттуда?

Безруков: Но, извините, кто-то владеет этим комфортом, а кто как не имел его, так и не имеет. Проблема-то не в этом. Я ведь говорю о «бешеных деньгах», которые не зарабатываются потом и кровью, а «откатываются» со всяких сделок. Я понимаю, что нехорошо считать чужие деньги, но как иначе реагировать на то, что общество погрязло в узаконенном воровстве?

РГ: Ваш герой в фильме по роману Мамина-Сибиряка «Дикое счастье», в котором вы недавно снялись, золотодобытчик Гордей Брагин в конце концов сходит с ума от золота.

Безруков: Да, золото его сгубило. На эту тему я ничего нового не скажу — золото имеет свойство отравлять неокрепшую человеческую душу. Деньги — это действительно серьезное испытание.

РГ: Вы его прошли?

Безруков: Думаю, да. Но, во-первых, сам я никогда не имел «бешеных денег». А во-вторых, спасает мое воспитание. Для меня прежде всего существует работа. Я совершенно некоммерческий человек. И поэтому, кстати, не снимаюсь везде подряд — например, в рекламе — лишь бы только заработать, заработать. Для меня на первом месте все-таки не деньги, а творчество.

РГ: Неужели легко нашлись бизнесмены, готовые инвестировать в сказку?

Безруков: Конечно, нелегко. Но тем не менее ведь снимаем!

К списку интервью


=