Народный Безруков

Светлана Мазурова, Российская газета, 16.10.2008

Ссылка на источник

Накануне получения почетного звания Сергей Безруков блистал в очередной премьере. Петербургский продюсерский центр «АРТ-Питер» выпустил спектакль «Сирано де Бержерак» Эдмона Ростана, где новоиспеченный народный артист сыграл главную роль — Сирано. Поздравив Сергея Безрукова с уже официальным народным статусом, корреспондент «Российской газеты» расспросила его об очередном новом спектакле.

Российская газета: Легко ли вы — актер чрезвычайно востребованный в театре и кино — согласились на долгое время переехать из Москвы в Санкт-Петербург, дабы репетировать в «Сирано де Бержераке»?

Сергей Безруков:  Ради такой роли можно от многого отказаться, что я и сделал: отказался от нескольких предложений в кино. Я счастлив, что этот потрясающий проект — именно питерский. Очень люблю Петербург. Бывает, захожу здесь в магазин и, если продавец узнает меня и говорит: «Сергей, да вы наш!», я понимаю, что порой люди не знают, где я живу — в Петербурге или в Москве, и эта ошибка (что я — петербуржец) мне приятна. В этом городе состоялись великие имена, к которым я отношусь с величайшим трепетом, почтением, здесь творили великие люди. Пожив здесь, я понял, что существует страшный питерский закон: творческим личностям город дает возможность высоко взлететь, практически добраться до небес (ни один город в России такого не дает), но потом они трагически уходят из жизни. Вспомните колоссальные, космические взлеты Есенина, Блока, Ахматовой, как их почитали, боготворили… Надеюсь, у меня город не заберет последнее (улыбается).

Я люблю питерскую режиссуру, заметил (по обилию постановок), что и в Москве ее полюбили. Когда в родной «Табакерке», где я служу, узнали, что я играю Сирано «на стороне», то, конечно, заволновались и с грустью и тоской заметили: «Жалко, что не у нас, Сережа!» Я видел, как эмоции переполняют души директора и завтруппой, но театр, сдержав слезы, отпустил меня: играй! А потом «Табакерка», которую я очень люблю, приготовила мне подарок — «Женитьбу Фигаро». Репетировать начнем в ноябре, ставить будет Константин Богомолов. Так что я, большой почитатель классики, вдруг пошел по классике французской.

О такой роли — Сирано — можно только мечтать, зная пьесу и великих исполнителей.

Для меня было важно, что я играю поэта. Не историческую личность, а литературного героя. В работе нам помогала интуиция. Какие-то решения сцен приходили ко мне во сне. Например, финал спектакля. Утром на репетиции я рассказал о нем режиссеру и предложил: «Давайте попробуем!» Мы нашли оптимальный вариант, утвердили его, и получился интересный финал. Вообще в спектакле много оригинальных решений и, что характерно для серьезного питерского подхода, не притянутых за уши. Мы определили, что Сирано — молодой парень, хотя обычно его играют довольно-таки зрелые мужчины. Потому что роль главная и актеры получали ее уже в преклонном возрасте. В театре есть определенный ранг: не пацану же ее играть, а, разумеется, прославленному, лет 40 с гаком. Нашему Сирано от силы 25, ведь у них с Роксаной разница в 3-4 года, а она молода, девушка на выданье.

Это армейская история, которую во всех постановках обычно сокращают либо вырезают, потому что она длинная. Там много казарменных шуток. Ничего лишнего мы не добавляли. Поскольку мы играем пьесу в переводе Соловьева, пожалуй, лучшем из всех. Когда история армейская, а язык слащавый и перевод витиеватый, то он не соответствует стилю. Мы же находили в пьесе очевидные вещи, которые другие почему-то не видели.

РГ: Есть ли в вашем спектакле батальные сцены, например с фехтованием?

Безруков: Всех тайн раскрывать не буду, скажу только, что бои ставил президент Федерации рукопашного боя Северо-Запада. И серьезная драка на носах будет (нос Сирано — его оружие), да и фехтуем по-честному. Для нас выковали настоящие, как в Эрмитаже, шпаги. Когда вы увидите нашего Вальвера, претендента на руку Роксаны, возлюбленной Сирано, то поймете, что шансов на победу у меня практически нет. Серега Сафронов — рослый, мощный, владеющий шпагой, унижающий бедного Сирано… Но я вспомнил прием, которому меня обучали в Школе-студии МХАТ (я любил фехтование, сценический бой), и использовал его здесь. Совершенно интересная обманка.

РГ: Этот спектакль — антрепризный, а к таким у нас в стране отношение, как правило, негативное. Вас это не остановило?

Безруков: Могу сказать, не заносясь, что наш спектакль сделан профессионально, выстроен и выстрадан. Он способен украсить любую площадку театрального стационара. Репетиции были безумны ми, мы искали, находили, от чего-то отказывались, спорили. Работы было много, работали в поте лица. У нас заняты 19 артистов (при этом нет вторых составов), в коллективе — 28 человек. Такой внутренний кайф, такой драйв! Я действительно давно не получал такого удовольствия.

К списку интервью


=